Владимир. Очерк истории города и его архитектурного ансамбля

Древний Владимир расположен в исключительно живописной местности. Он занимает изрезанное глубокими оврагами высокое плато на левом берегу Клязьмы. Ограниченное с юга рекой, а с севера долиной речки Лыбеди (ныне взятой в коллектор), оно имеет форму вытянутого вдоль берега Клязьмы треугольника, обращенного острой вершиной на восток. К югу за рекой простирается клязьминская пойма, окаймленная синей полосой идущих до горизонта лесов. На север и восток, за долиной Лыбеди и Ирпени, рельеф снова поднимается; на его высотах живописно расположены ныне почти сросшиеся с городом древние села Доброе и Красное с их эффектно поставленными и видными издалека храмами. С запада к городу в древности примыкали боровые леса.
Возникновение первоначального поселения людей на территории Владимира относится к глубокой древности. Археологические разведки показали, что на высоком юго-западном мысу городской горы около собора еще на рубеже нашей эры находился поселок, принадлежавший древнему местному финно-угорскому населению. Позднее, в X-XI веках, здесь появляются славянские выходцы из земель смоленских кривичей и новгородских словен. Вековая привязанность древнейших поселенцев к этому высокому мысу, поднятому на 40-50 м над Клязьмой, определялась его естественной защищенностью и неприступностью, что было весьма существенно в пору разложения первобытно-общинного строя и становления классового феодального общества.
Могучая и полноводная в те времена Клязьма, прорезавшая причудливыми петлями широкую пойму под владимирской горой, несла свои воды в Оку, связывая глубинные земли окско-клязьминского междуречья с древнейшим торговым путем Восточной Европы - Волгой. Недаром позднее, в XII веке, городские ворота Владимира, выводившие к Клязьме, были названы не Клязьминскими, а Волжскими. Лежавший на окраине Киевской державы Залесский край с его древними городами Ростовом и Суздалем был щедро наделен естественными богатствами. Его леса изобиловали пушным зверем, реки и озера - рыбой, тучные речные поймы создавали условия для развития скотоводства, а, главное, - на северо-запад от Клязьмы лежал огромный безлесный район плодородного «ополья», манивший на свои просторы земледельцев.