Две древние дороги

История показывает, что сколько люди живут на земле, столько и прокладывют они себе пути-дороги. В наших болотистых лесистых местах дороги были всегда особой заботой правителей. Алексею Михайловичу, например, мы обязаны возникновением Пречистенки. Это он, второй царь дома Романовых, облагородил и благоустроил гиблое когда-то, непроходимое Чертолье.
Отдавая дань дипломатии. военным походам, соколиной охоте, увеселениям молодости, царь в то же самое время был образцом ревностного исполнения православных обычаев. Ни один праздник в Москве не проходил без его участия. Не было ему равных в благовейных преклонениях перед святыми иконами, в умилении и кротости, за что и получил он эпитет "тишайший". особенно любил царь длинные монастырские богослужения. И, если государственные дела не позволяли ехать на несколько дней под Звенигород в Савво-Сторожевский монастырь или в Троицкую лавру, "тишайший" отправлялся в Новодевичий, где хранилась чудотворная Одигитрия - Пречистая богородица Смоленская.
Из Кремля царская семья и свита выезжала через Боровицкие ворота на колымажный двор и направлялась к Чертопольной башне Белого города. Эту семиверхую красавицу поставил в конце XVI в. великий русский зодчий Федор Савельев, прозванный за силу Конь. Триста тридцать лет назад Москва собственно здесь и кончалась. За белокаменной стеной пути лежал по бездорожью. прямо под стеной Белого города по дну глубокого оврага протекал ручей Чертогорий (черт рыл), склоны которого были покрыты мелколесьем и колючим кустарником. В половодье ручей был многоводным и бурным. Дорога с "визгом" несла вниз, а "перемахнув" ручей по бревенчатому, постоянно сносимому мостику, терялась в мшистах болотах. Весной и осенью здесь была непролазная грязь, зато летом заливные луга благоухали разнотравьем. Путь в монастырь лежал из Москвы прямо по остожью - так назывались луга, пригодные для заготовки большого количества сена.