Эсхатологическая компонента российской ментальности

В той или иной мере эсхатологизм присущ христианскому сознанию как таковому, а потому характеризует любое христианское по своему генезису общество. Расцвет эсхатологизма - примета средневековья, однако эсхатологическое мироощущение не снимается с наступлением Нового времени. Эсхатологическая компонента остается в ментальности утрачивающего традиционные религиозные основания секуляризуемого общества. Об эсхатологизме как устойчивой характеристике российского сознания сказано немало и в контексте осмысления русской революции, и в рамках религиозно-философских и культурологических исследований последних десятилетий.
Однако до сих пор проблема эсхатологизма российской ментальности раскрывалась на уровне общих констатирующих рассуждений. Представляется, что этот уровень исчерпан. Для того чтобы объяснить некоторый феномен, следует вписать его в более широкий контекст, где исследуемое предстанет как необходимость. Так, идея конца света вытекает с необходимостью из понимания мира в категориях «должного» и «сущего».
Антиномия сущего и должного


Должное - апофатизованный (лишенный конкретизирующих характеристик) универсальный идеал, описывающий совершенного человека и идеальное общество. В нем все прекрасно, за вычетом единственного обстоятельства: должное принципиально нереализуемо. Концепция должного возникла в результате раздела универсума на Свет и Тьму, абсолютное добро и абсолютное зло. Идея должного отрицает реального человека, в природе которого рядом с достоинством уживаются принципиально неустранимые недостатки, негативные моменты, пороки. Должное исходит из того, что человек по понятию изоморфен идеалу, но в силу привходящих обстоятельств (см. концепцию грехопадения) уклонился от него и от этого в мир пришли горести и печали.
Еще один элемент исследуемой оппозиции - сущее. В самом общем смысле сущее есть мир эмпирической реальности, в котором живет человек, исповедующий идеал должного. Поэтому сущее - поле эмпирической реальности, рассматриваемое через призму должного. Сущее также сложный смысловой субстрат. Идея сущего осваивается параллельно идее должного. Открыв для себя концепцию должного, человек осознает, что мир этому должному не соответствует, уклоняется от него. Отсюда фундаментальное статусное, ценностное и онтологическое различение должного и сущего. Должное - сакрально и благодатно. Сущее - профанно и безблагодатно. Должное - едино и онтологично, сущее - разрозненно и лишено собственной онтологии. Оно одухотворено и приобщено к бытию лишь должным, которое вливается в мир сущего. Для традиционного субъекта должное в некотором высшем смысле более подлинно, нежели профанное сущее. В сущем традиционный субъект пребывает, к должному стремится. В мире сущего он в гостях, дом же его души в Небесном Иерусалиме, в мире должного.