Империя инков от туманных мифов к исторической традиции кипукамайоков

Как и все просвещенные народы древности, инки облекали истоки своего происхождения в форму мифов.

Наиболее известный из них в своих "Комментариях" донес до нас Гарсиласо де ла Вега. Записал он его по памяти, со слов своих современников-индейцев. Миф этот повествует о том, что Манко Капак и его сестра-жена Мама Окльо, выполняя волю своего отца Солнца-Инти, вышли из вод озера Титикака, чтобы обратить на путь цивилизации дикарей, населявших окрестные земли, и создать великую империю. От отца своего они получили волшебный золотой жезл, который должен был указать им, где основать центр их государства. Неподалеку от селения Пакари-Тамбо, лежащего у подножия холма Уанакаури, Манко Капак воткнул этот жезл в землю, и по воле божественного провидения он ушел в неё с большой лёгкостью. Это был знак того, что именно там должна была быть основана столица будущей империи. Такое проявление высшей воли вполне сопоставимо с орлом, державшим в клюве змею на острове посреди озера Тескоко, где, как мы помним, основали свое государство ацтеки.

Другой миф приписывает происхождение инков четырем парам братьев и сестер Айар, которые были героями или полубогами. Этот миф напоминает предание киче о первых четырех людях, созданных из маиса. Манко Капак и Мама Окльо была главной из этих четырех пар прародителей инков. В соответствии с третьей легендой героическое происхождение Манко Капака восходит к Эквадору, откуда, выполняя все то же божественное предначертание, он направился в Куско, где должен был основать империю.

Как бы то ни было, главным героем инкской мифологии был Манко Калик. Как Кецалькоатль у науа и Бочика у чибча, он одновременно сочетал в себе черты полубога и великого вождя, который вывел своих подданных на путь цивилизации. Действительно, должно было произойти нечто поистине великое, чтобы сохранить в памяти поколений вплоть до наших дней предания об этом вознесенном до уровня божества человеке и основателе государства, которые пережили само время и ту последовательно разрушавшуюся культуру, у истоков которой он стоял.