Революционная парочка

Если бы Мэтью Боултон и Джеймс Ватт никогда не встретились, промышленная революция, конечно, произошла бы, но могла быть отодвинута на неопределенный срок. Однако Ватт и Боултон познакомились, и революционный двигатель был запущен.
В последние десятилетия XVIII века для Промышленной революции были готовы все элементы, кроме одного. Усовершенствования в области сельскохозяйственного производства, хранения и транспортировки продовольствия означали, что впервые в истории человечества граждане со средним доходом могли жить на существенном расстоянии от основных источников продовольствия. В Западной Европе стало стремительно расти городское население. Лондон насчитывал почти миллион жителей. В начале нового столетия в Париже проживало более шестисот тысяч человек. Большее число людей, живущих близко друг к другу, означало сконцентрированную рабочую силу и, что не менее важно, сконцентрированный рынок.
Одновременно шло постоянное усложнение банковского дела и финансовой системы. Фондовый рынок существовал в Амстердаме уже в течение почти двух столетий. Не было недостатка в капитале, капитальных структурах и средствах производства. Еще в 1618 г. здание, в котором производятся товары, начало называться «фабрикой». Слово «промышленность» в смысле «систематический труд, рабочая сила» вошло в английский язык семью годами ранее. Люди начали привыкать управлять временем и выполнять повторяющуюся работу.
Из всех стран Западной Европы Англия была подготовлена к переменам лучше всех. Франция располагала большим капиталом (несмотря на потерю многих территорий своей империи, она все еще оставалась самой богатой метрополией в Европе), но Великобритания имела лучшую денежно-кредитную систему и более низкие процентные ставки. Она управлялась парламентом, который, находясь под контролем формировавших его коммерческих магнатов, поддерживал законодательство, содействовавшее росту бизнеса.