Жаргоноиды и жаргонизмы в речи русскоязычного населения

"Некоторые слова "блатной музыки" повторяются тоже и в общеупотребительном русском языке, или, по крайней мере, в некоторых 'приличных' говорах. Таких слов, как, например, "баланда" (см. пр. в словаре Даля) или "кот", найдется наверно известное количество. Надо только сравнить словарь "блатной музыки" с общерусским словарем..."

(И. Бодуэн де Куртене. Предисловие // В.Ф. Трахтенберг. Блатная музыка ("Жаргон" тюрьмы). С.-Петербург, 1908, XIV)

Социолингвисты отмечают, что "...для большинства современных индустриальных обществ не характерна 'жесткая' дифференциация языка на более или менее замкнутые, самодостаточные подсистемы: социально и культурно обусловленные разновидности единого национального языка постоянно влияют друг на друга, в связи с чем явления, присущие одной разновидности языка, могут 'перетекать' в другую (или другие)..." (Крысин, 1991, 45). В настоящее время наблюдается активное использование в устной речи слов, словосочетаний и устойчивых выражений из сферы субстандарта, главным образом, из сферы просторечия и жаргона. Естественно, что русистика должна отреагировать на изменившуюся речевую ситуацию, причем реагирование можеть принимать самые разные формы, хотя, очевидно, следует согласиться с мнением, что "Mittelfristig sollte die empirische Forschung zur slawischen Einzelsprache Vorrang haben mit dem Ziel, das Varietätgefüge erst einmal zu beschreiben. Es gibt ja bis heute z.B. für das Russische keine einzige wirklich vollständige Beschreibung einer Nonstandartvarietät" (Hinrichs, 1992, 98). В истории руского языка подобные явления наблюдались неоднократно, последнее по времени относится к первой четверти двадцатого столетия: "В частности, в стандартный словарь проникают элементы следующих класовых и профессиональных диалектов: 1) словаря фабрично-заводских рабочих; 2) матросского словаря (что не трудно себе объяснить, если мы вспомним ту роль проводников революции, которую сыграла "морская братва" в самой толще нашего, главным образом, провинциального населения); 3) "блатного" жаргона людей темных профессий (сюда относятся, например, липа и прилагательное липовый, глаголы хрять, зекать и т.д., которые сейчас далеко вышли за первоначальный круг их носителей)..." (Поливанов, 1931, 114).