М.М.Сперанский: реформатор от бюрократии

Ненастной мартовской ночью 1812 года из Петербурга в юго-вос­точном направлении выехала почтовая кибитка. В ней находились два пассажира: тайный советник Михаил Михайлович Сперанский и част­ный пристав Шипулинский. Со стороны можно было предположить, что неотложные государственное дела заставили важнейшего сановни­ка Российской империи в сопровождении полицейского чина оставить столицу в столь неурочное время, И только в придворных круга знали, что единомышленник императора Александра I в реформаторской деятельности и его ближайший советник по вопросам возможного переустройства России, секретарь Государственного совета высочай­шим повелением отправляется в ссылку.

Сложно найти в историческом сознании последующих поколений личность, которой давались бы столь противоречивые оценки: "попо­вич", "семинарист", "служака", "предатель", "отец русской бюрокра­тии", "реформатор" и т. п. Его имя привлекало к себе внимание общества в те периоды российской истории, когда государство находи­лось на пороге существенных преобразований. Не случайно, что именно в годы подготовки и проведения реформ публиковались наиболее обстоятельные исследования о жизни и деятельности М. М. Сперанско­го. Что и почему привлекло в личности Сперанского исследователей различных направлений в эти исторические периоды? Ответ на эти и другие вопросы можно найти в биографии нашего героя и во времени, в котором он жил.

Михаилу Сперанскому как государственному чиновнику не раз приходилось писать автобиографию. При всей своей педантичности он, как впоследствии установили историки, в датировании своего дня рождения ошибся ровно на один год. И это было неудивительно.

Михаил родился в новогоднюю ночь 1772 года в семье сельского священника деревни Черкутино, которая находилась во Владимировской губернии. Вероятно, в памяти родителей со временем остался день рождения, а год немного сместился.

По сложившейся традиции, сыновьям священника предстояло про­должить дело отца. В девятилетнем возрасте, с помощью родственника главы семейства, он был устроен во Владимирскую епархиальную семинарию. Здесь Михаил попал для себя в новый мир. Поступлению в семинарию предшествовали годы относительной самостоятельности. Отцу его, Михаилу Васильевичу, было недосуг заниматься воспитани­ем сына, на матери лежало все хозяйство. Лишь общение с дедом Василием позволило ему овладеть грамотой, научиться читать и писать. От природы он был щуплым, сверстники порой по-детски жестоко насмехались над ним. Вероятно, это и способствовало тому, что с детских лет он предпочитал чтение мальчишеским забавам, увлечение книгами нашло свое продолжение в годы учения в семинарии.