Зарождение исламизма в Сирии в 30–60-е годы XX в.

В первой половине XX века Сирия представляла собой некое формальное государственное образование, лишенное в современном смысле ряда признаков государственности. В первую очередь это относится к не сложившейся территориальной целостности. В отличие от Египта, она не обладала монолитностью, которая была достигнута в Египте во время правления Мухаммеда Али и британского колониального присутствия. Такое наследие было получено от Османской империи, в составе которой страна находилась в течение 4 веков: с 1516 г. до заключения Мудросского перемирия в 1918 г. Территории, которые вошли в САР, были вилайетом, управляемым непосредственно султаном, и местные и племенные шейхи, лидеры больших кланов и другие феодалы платили налоги, признавали верховенство султана и получали неограниченную власть в своих вотчинах. Самоидентификации населения с территорией своего проживания не было. Клановая или племенная принадлежность были более важными звеньями социальной организации, чем единая территория проживания. К этому нужно добавить тот факт, что границы между арабскими странами были очерчены колониальными властями произвольно и, по сути, не содержали никакой мотивированной связи с национальным составом проживающего на этой территории населения.

Еще одной характерной чертой сирийского общества являлся пестрый и разнообразный национальный и религиозный состав населения, проживающего на этой территории. Кроме составляющих здесь большинство арабов-суннитов, на этнорелигиозной карте Сирии выделялись также многочисленные другие единицы – арабоязычные алавиты, друзы, исмаилиты и шииты-имамиты (мутавали), христиане арабы, армяне и ассирийцы.

Нужно отметить, что в первой половине XX века население, проживающее на этой территории, не сложилось как единая нация. Самоорганизованные и довольно сильные этноконфессиональные группы (алавиты в Ансарийских горах между северными границами Ливана и р. Нахр-эль-Кальб; друзы на плато Джебель Друз в Хауране и горном Ливане; шииты в горном Амиле, в Южном Ливане; исмаилиты около старого исмаилитского центра в горах Салямия, близ Хамы; курды-сунниты и туркмены у основания Тавроса и в Хасеке) компактно проживали в небольших, обычно горных, районах, где они были надежно защищены от посягательств суннитского большинства и были фактически полунезависимы от центральной власти. Известную роль в обособлении этноконфессиональных групп играла и политика Османской империи. По этому поводу сирийский исследователь А.Х. Хаурани отмечал, что в Османской империи «барьеры между общинами становились все более труднопроходимыми, и религиозные группы постепенно начали превращаться в национальные».