США: от экспансии в прошлом к новому «мировому порядку» в будущем

За более, чем два столетия после образования – США превратились в классическую экспансионистскую страну. Это одно из немногих государств мира, которое за сравнительно короткий исторический срок смогло увеличить свою территорию в четыре раза. Причем с самого образования Соединенных Штатов, как отмечают сами же американские авторы, у политических лидеров молодого государства было нечто большее, чем просто инстинкт к экспансии. Еще первый президент США Джордж Вашингтон назвал новое государство «поднимающейся империей».
В 1823 году США ввели в практический обиход понятие «сферы исключительных жизненных интересов». В том же 1823 году президент Джеймс Монро выдвинул лозунг «Америка для американцев» и провозгласил свою доктрину, которая вошла в международные отношения, как «доктрина Монро». Эта доктрина, как известно, явилась обоснованием особых прав Вашингтона на американские континент. Результаты такой политики не заставили себя ждать Уже к середине 19 века, победа в войне с Мексикой дала возможность США прирастить к своей территории Техас, Аризону, Калифорнию, Оклахому, Новую Мексику… Со времен «отцов-основателей» Соединенных Штатов военная сила была и остается основным средством урегулирования большинства внешнеполитических проблем, осуществления доктрины «национальной безопасности».
Реализуя свои экспансионистские и империалистические планы американские политики, как правило, облекали их, идеологическими постулатами о мессианской роли американцев и Америки в мире. Причем из поколения в поколение в мышление американцев внедрялись убеждения, что они носители американских идеалов, а значит великих. Как писал известный американский писатель 19 века Герман Мелвилл – Мы, американцы, особые, избранные люди, мы -Израиль нашего времени; мы несем ковчег свободы миру… Бог предопределил, а человечество ожидает, что мы свершим нечто великое; и это великое мы ощущаем в своих душах. Остальные нации должны вскоре оказаться позади нас… Мы достаточно долго скептически относились к себе и сомневались, действительно ли пришел политический мессия. Но он пришел в нас.»