Спасо-Преображенская пустынь у Медвежьих озер

Впервые Спасо-Преображенская пустынь у Медвежьих озер упоминается в меновой и жалованной грамоте великого князя Дмитрия Ивановича (1350-1389) около 1380-1382 годов. Пустынь была расположена в Пехорской волости на крутом берегу озера недалеко от нынешнего селения Медвежьи озера Щелковского района. Она была приписной к Московскому Симонову монастырю * . Великий князь Дмитрий Иванович совершил обмен, взяв у Симонова монастыря село Воскресенское Верх-Дубенское. Село находилось километрах в тридцати пяти от Медвежьих озер, в верховье речки Дубенки, впадающей в Шерну, левый приток Клязьмы и, отдав ему «церковь Святый Спас-Преображения, что поставил игумен Афанасий на моей земле у Медвежьего озера, на березе». Предполагают что игумен Афанасий – это никто иной, как любимый ученик преподобного Сергия Радонежского, основавший также Серпуховской Высоцкий монастырь. К пустыни принадлежали Верхнее и Нижнее Медвежьи озера и бортничьи деревни, в которых занимались промысловой добычей лесного меда. Эти, теперь уже несуществующие, деревни назывались – Игнатьева, Пирутина и две деревни на речке Чуднице «и с бортью**, и с лесом, и болотом, и с перевесьем***». Межою этой борти служили речки Чудница, Шаловка, Кишкинская Сосна, селения: Ревякино, Сидорово, великая дорога старая Переяславская лесная, Хомутовская дорога.
В той же меновой грамоте великий князь всех «имеющих поселиться на земле отданной чернецу Савве» освобождал от всех пошлин и повинностей, княжеских и митрополичьих и давал Савве право полного суда над всеми насельниками той земли, дозволял суд «сместный»**** в уголовных делах. А в случае жалобы на самого Савву, только себе самому – великому князю и митрополиту оставлял право производить «исправу».
… Возникает вопрос: кто был чернец Савва, которому были даны такие значительные привилегии, в те времена, дававшиеся только настоятелям больших монастырей? Можно предположить, что монах Симонова монастыря Савва, пожелав уединенной жизни в пустыни, был постриженик из бояр, т.е. из высокопоставленных княжеских слуг.
Независимость пустыни была достаточно условная, так как по существу она зависела от Старого Симонова монастыря.