Способна ли классическая наука разрешить экологические проблемы?

Начало XXI века примечательно полной утратой интереса и доверия к науке со стороны самых широких слоёв общества. Если в XIX-XX столетиях надежды на изменение жизни к лучшему в массовом сознании связывались с успехами научно-технического прогресса, то сегодня каждое новое открытие и изобретение оцениваются людьми, в первую очередь, с негативной точки зрения, - какого очередного вреда от них следует ожидать для природы и человека?

Причина такого резко отрицательного отношения к эвристическим достижениям официальной науки кроется в научном методе, которым академические учёные производят знания. Основным достоинством классической логико-экспериментальной научной методологии считается её «объективность». Со времён Галилея и Ньютона процесс познания специально организуется так, чтобы исключить из него всё субъективное, включая и жизненные интересы как самого исследователя, так всех остальных людей.

Однако объективность эта мнимая. Всё, что проходит через сознание познающего мир субъекта, субъективно, как ни старайся от этой субъективности избавиться. Академический учёный ошибочно думает, что в процессе генерации научных идей, он, серым веществом своего головного мозга анализирует и осмысливает лишь точные экспериментальные факты. На самом же деле, согласно первому закону эвристики - «Бытие определяет сознание» - он идеально отражает, даже не осознавая этого, лишь ограниченную индивидуальную практику своих отношений производства и общения (отношений частной авторской собственности) и скудный личный жизненный опыт. Глобальный, богатейший массив многовековой социальной практики развития цивилизации во всех сферах человеческой жизнедеятельности, величайшее многообразие общественных связей между людьми отражается в его сознании только в смутной форме «интуиции» и редких всплесков «гениальных озарений».

Поэтому ежедневное применение логико-экспериментального метода у сотен тысяч исследователей сводится к примитиву бессознательных манипуляций с веществом природы животнообразным способом «проб и ошибок». Такая слепая неопределённость эвристики делает классическую науку экологически опасной, поскольку никто не способен предвидеть, какой очередной чернобыльской ошибкой вдруг обернётся рутинная опытная проба наших «безумных» (Нильс Бор) экспериментаторов.