Мультикультурализм - глобализация культуры

Содержание

Введение

1. Мультикультурализм как политический проект

2. Политики культурного плюрализма сегодня

Заключение

Список литературы

Введение

Мультикультурализм – один из аспектов толерантности, заключающийся в требовании смешения культур в целях их взаимного проникновения, обогащения и развития в общечеловеческом русле массовой культуры. На деле это требование выдвигается исключительно к высокоразвитым обществам Европы, в которых издавна существует высокий уровень культурного развития. Адепты общечеловеческих ценностей требуют от таких обществ включения в их культурное поле элементов культур пришлых народов, которые либо были в своё время колонизированы страной-метрополией, либо просто в силу недалёкого географического положения любят нелегально проникать в страны с высоким уровнем жизни, ища более лёгкого хлеба, нежели у себя на родине. В итоге получается полное разрушение многовековых культурных устоев, развитых культурных традиций, т. к. подобное смешение всегда ведёт к усреднению. И если низкий уровень культурного развития пришельцев несомненно повышается, то нет ничего удивительного в том, что высокий уровень культуры целевой страны мультикультурализма неизменно падает.

1. Мультикультурализм как политический проект

Вдумчивые авторы давно заметили, что «мультикультурализм» – в значительной мере лишь риторическое обновление старых проблем: лишь переименование процессов, которые начиная с 60‐х годов осмыслялись в терминах «этнического возрождения». Категория «культура» пришла на смену категории «этничность» потому, что предлагала более широкую, более мягкую и более расплывчатую формулу для описания конфликтогенного современного общества. Закрывая глаза на структурные проблемы современных обществ и выдвигая на первый план «культурные» проблемы (или, скорее: перекодируя структурные проблемы в культурные) адепты мультикультурализма пошли либо по пути романтизации и морализации социальной реальности, либо по пути характерного для «постмодернизма» отказа от аналитической строгости.

Обращалось внимание и на инструментальный характер политик мультикультурализма (они же – «политики различия»). Даже в тех странах, где мультикультурализм был провозглашен официальной политикой (Канада и Австралия), его введение имело, прежде всего, функциональный смысл. В канадском случае это было продиктовано опасностью квебекского сепаратизма. Объявляя основной целью своего правления построение мультикультурного – но, подчеркнем, не мульти-национального! – общества – канадские власти пытались, с одной стороны, нейтрализовать сецессионистские устремления франкофонного Квебека, а с другой – смягчить обеспокоенность англоязычного большинства относительно национально-государственной целостности страны. В австралийском случае официальное введение мультикультурализма было вызвано главным образом оскудением иммиграционного потока к началу 70-х годов, что могло повлечь за собой неблагоприятные последствия для демографической и экономической ситуации.

В Соединенных Штатах широкое распространение мультикультуралистской риторики связано с такой особенностью американского публичного дискурса как невнимание к социально-классовой стратификации, тенденция сводить общественные противоречия к противоречиям «ментальностей»; отсюда преувеличенное значение, придаваемое гармонизации, консенсусу, лучшему взаимопониманию и т.д.

Инструментальный характер мультикультуралисткого дискурса прекрасно демонстрирует случай Германии: первыми пропагандистами мультикультурализма здесь выступили представители промышленного капитала – крупные «хозяйственники», озабоченные ухудшением ситуации на рынке труда (опять-таки вызванной слабым притоком свежей рабочей силы). Известно, что заслуга введения терминов «мультикультурализм» и «мультикультурное общество» в немецкоязычном пространстве принадлежит Хайнеру Гайсслеру, крупному функционеру ХДС/ХСС.