Экономическая наука в эпоху трансформации

Процесс социально-экономических изменений в бывших социалистических странах, получивший название трансформационного, затронул все стороны жизни общества. Активную роль в этом процессе играла общественная наука. В информационный век она получила большие возможности влиять на представления и действия людей и тем самым воздействовать на трансформацию, но и трансформация в свою очередь бросила вызов науке, стала фактором, повлиявшим на ее развитие. В этом сложном и противоречивом взаимодействии социального знания и социальной действительности экономическая наука оказывается на переднем плане.
Сегодня, после десяти лет реформ, и общество, и экономисты чувствуют некоторое разочарование в том, как экономическая наука отреагировала на вызов последнего десятилетия XX века. Оптимизм первых лет трансформации, когда казалось, что "правильная" западная наука, чей авторитет не в последнюю очередь подкреплялся результатами, достигнутыми западными странами, использовавшими результаты экономического анализа в экономической политике, сменился более трезвой оценкой возможностей экономической науки влиять на процесс трансформации. Причем речь идет как об адекватности накопленного аналитического арсенала поставленным в ходе трансформации задачам, так и о том, какие из множества существующих в экономической науке концепций выступили от лица всей науки и почему это произошло. Поставленная таким образом проблема требует специального рассмотрения, выходящего за рамки журнальной публикации, поэтому остановлюсь лишь на некоторых ее аспектах.
Прежде всего несколько замечаний, касающихся методологии. Наиболее признанная современная методологическая схема предполагает, что экономическая наука призвана изучать и описывать мир экономики, т.е. выявить существующие в нем закономерности. В этом и состоит аналитическая функция, составляющая ее содержание. Но наука не остается бесплодным знанием, ее достижения используются политиками. Последние ставят социально-экономические цели, способы достижения которых предлагают экономисты. Экономическая наука трактуется, таким образом, с инструменталистских позиций, т.е. как набор инструментов, к которому могут обращаться политики при решении тех или иных задач. Хотя подобная схема далека от действительности, она отражает наиболее сильную методологическую позицию, впервые последовательно и четко сформулированную в конце XIX века Дж.Н. Кейнсом (отцом знаменитого экономиста).
Эта схема, очевидно, предполагала строгое разграничение области аналитической (теоретической) и практической и, соответственно, позитивного и нормативного знания, т.е. экономической науки в собственном смысле и экономической практики-политики. Проблема оценки теории сводилась в рамках данной схемы к оценке ее логики, а также большей или меньшей по своему охвату эмпирической проверке ее предпосылок, утверждений и/или выводов. Сложность осуществления эмпирической оценки указанных составляющих теории порождала стремление предложить некоторые компромиссные критерии. Так, в качестве критерия оценки теории как целого было предложено качество прогнозов, сделанных на ее основе. Эту позицию отстаивал М. Фридмен в своем знаменитом эссе 1953 года [I].